Вызовы нарративного сценария. Мария Тереза Този (Maria Teresa Tosi), TSTA, P

Вызовы нарративного сценария. Мария Тереза Този (Maria Teresa Tosi), TSTA, P

05.07.2020
Когда я вспоминаю свою первую психотерапевтическую сессию в качестве клиента, то до сих пор ощущаю глубокое понимание и уважение со стороны моего психотерапевта, которые проявлялись, в частности, в том, как он отражал мои мысли и чувства. Ричард Эрскин, вероятно, сказал бы, что я чувствовала себя «признанной значимой»: моим чувствам и мыслям были даны ценность и признание. Теперь я думаю, что именно тогда, 30 лет назад, я начала формировать свой первый нарратив о том, что такое психотерапия: эмпатические отношения, в которых клиент может осознать свой собственный опыт и начать формировать новые образы себя, других и своей жизни.


Сколько этих «первых» опытов и образов у каждого из нас? Первый день в школе, первый раз, когда мы занимались любовью, первая беременность, первая потеря любимого человека. Сколько «моментов подлинного присутствия», именно так Штерн называет столкновение с интенсивным и глубоко провоцирующим изменением, которое мы пережили в нашей жизни? Сколько травм нам еще предстоит интегрировать в наши воспоминания? Сколько сюжетов или жизненных тем мы развили и поддержали за нашу жизнь? Какие сюжеты или темы еще остаются, как будто ожидая своей очереди, с какими из них мы еще не знакомы? Давая определения сценарию, Берн подчеркивает, что сценарий - это постоянно действующая программа, сформированная в раннем детстве под влиянием родителей, которая управляет поведением человека в наиболее важные моменты его жизни и основывается на архаичных решениях и заключениях.


Протокол, сценарий и адаптация - три шага в формировании сценария, которые переходят от архаичной бессознательной драмы к предсознательной истории, проигрываемой в повседневных отношениях.


Берн полагал, что некоторые люди (а, возможно, и все) придумали определенную историю, которая ограничивает их идентичность в самоповторяющихся паттернах. Для того, чтобы достигнуть автономии, эту историю необходимо переосмыслить. «Проблема» заключается в том, что, если мы хотим сформировать свою личность, нам, похоже, в любом случае нужна история. Эту концепцию предвосхитили Билл Корнелл и Фанита Инглиш в конце восьмидесятых. Только в восьмидесятых годах смена парадигмы начала влиять на все психотерапевтические модели и видение себя “per se” («как такового»): нарративная революция, появление «я-повествователя». По сути, нарративное (повествовательное) видение предполагает, что, для того, чтобы человек мог идентифицировать свою личность, ему необходима своя история. Жизнь строится и реконструируется через истории, которые мы рассказываем о себе или о наших отношениях. Истории помогают людям интегрировать личный опыт и разбираться в проблемных ситуациях, пытаются внести смысл в отношения с личной и культурной точек зрения. Когда люди рассказывают истории, у них всегда есть слушатель, внутренний или внешний, который влияет на развитие этой истории.


Можно определить два основных направления в нарративных подходах: согласно первому - нарративные исследования показали, что, чтобы получить доступ к скрытым психологическим процессам, необходимо уделять особое внимание тому, каким «образом» клиенты рассказывают свои истории, и контенту, связанному с их спонтанными рассказами. (см., например, работу Л. Люборского). Согласно второй традиции в нарративных исследованиях, так называемой «постпсихологической» точки зрения, концепция нарратива является центральной, поскольку она объединяет важнейшие аспекты психотерапевтического процесса. В этих аспектах психотерапия рассматривается как социальный процесс, а нарративы охватывают личностные, межличностные и культурные аспекты.


Личный аспект связан с уникальной историей жизни, созданной рассказчиком. Межличностный аспект важен, так как у рассказчика есть аудитория, реакции которой формируют разворачивание истории. Наконец, существует культурный аспект, так как истории воспринимаются в соответствии с паттернами и ценностями, типичными для определенной культуры. Таким образом, язык, культура и общество могут предложить несколько «хороших» или «плохих» историй.


Берн был одним из первых, кто интерпретировал психологическую жизнь как процесс развития, основанный на теории социальных отношений. На него оказал влияние Эрик Эриксон, исследование которого является одним из наиболее значительных проявлений психосоциального подхода в психоанализе. Эриксон также является создателем эволюционной теории идентичности с сильным акцентом на интеграцию и разрешение внутренних конфликтов.


В последнее время нарративные подходы, а также современные психосоциальные теории и исследования привели к обсуждению идеи единого «Я». На самом деле, «Я» задумано как некоторая общность «Я». Складывается впечатление, что у нас столько же «Я в отношениях», сколько и значимых других, с которыми мы находимся в отношениях. Для каждого активированного «Я в отношениях» существует определенное «Я вне отношений», связанное с этим конкретным «Я в отношениях» (Andersen & Chen, 2002).


Атрибуты, которые были присвоены «Я» (например: «Я слишком толстый»), по-видимому, связаны с процедурным опытом общения с другими, например: «Если я худой, мной могут восхищаться» (Baldwyn, 1997). Современные психосоциальные исследования показывают, что система личности состоит из обусловленных когнитивно-аффективных единиц, которые организованы в конкретные отношенческие веб-сети (Mischel & Shoda, 1995).


Это означает, что среди авторов психосоциальных исследований, все больше складывается единое мнение о том, что теория черт не подходит для постановки диагноза клиента (например, «она/он экстраверт»). Напротив, важно принимать к сведению как вариабельность одного человека в разных контекстах (контекст используется в широком смысле, например, межличностный, когнитивно-эмоциональный, социальный контексты и т. д.), так и диапазон изменчивости - ряд определенных «профилей», связанных с демонстрируемым поведением. Так, например, один и тот же человек может быть экстравертом в одной ситуации и интровертом в другой, в зависимости от значения той или иной ситуации.


В рамках настоящей конференции другие презентации будут давать объяснение теории эго-состояний, разработанной Scilligo (2009) в соответствии с теориями обусловленных процессов. Здесь можно отметить, современность, разработанной Берном социальной психиатрии, а также риски, связанные с теорией сценариев, которая подчеркивает, насколько «неизменен» человек.


Мне было очень интересно погрузиться в изучение ряда качественных исследований, предложенных авторами нарративных подходов, с целью выяснить, посредством чего лучше всего объяснить идентичность: посредством единства или множественности. Когда нарратив анализируется феноменологически, складывается впечатление, что разные «Я» ведут диалог внутри человека, и что «интеграция» - не единственное решение, к которому стремятся люди.


Иногда мы сталкивается со сложной организацией «Я», устроенных динамичным дуалистическим образом. Иногда мы видим полифонию, которая может быть устроена подобно разговору. Иногда люди испытывают непримиримую дуалистичность, которая требует вечной борьбы с целью найти внутренний третий элемент, который мог бы сдерживать эту дуалистичность. Иногда мы понимаем, что люди группируются вокруг личного вызова, темы, эстетики, которая служит ориентиром для них всю жизнь в различных условиях.


Итак, у меня есть некая гипотеза о теории сценария жизни: сценарий проживается и пересказывается, а нарративы — это содержащее важную информацию зеркало сценариев как по содержанию, так и по форме. Сценарий представляет собой совокупность опыта клиента и историй, которые постоянно развиваются, он формируется на стыке личного мира смыслов, которые каждый человек создает сам, межличностного / отношенческого аспекта, который оказывает влияние на каждом уровне его развития (символическом и субсимволическом, эксплицитном и имплицитном) и культуры, которая всегда создает границы и дает ресурсы для его формирования.


С моей точки зрения, перед психотерапевтом стоит задача найти неизменяемое и также то, что меняется истории жизни клиента, так как многогранность и креативность каждого человека кроется в исключениях, «ошибках», которые открывают двери для множества способов достижения цели, фонового шума, который стоит признать, вызовами, с которыми человек сталкивается, эстетики, которой он хочет следовать, непримиримых "Я", от которых он не желает отказаться.


Для меня большая честь получить возможность представить свои идеи в данном контексте, дискутировать на тему, к которой я прониклась страстью еще в 1993 году. Спасибо!
6 июля с 10.30 до 14.30 по Московскому времени
Товар добавлен в корзину
Оформить заказ

Смотрите также
от {{product.formated_min_price}}